Однажды во времена, когда Шмуглов - сияющий град на холме, был виден издалека, трое суровых минских чекистов, сидели в своём кабинете с окнами на запад и щурились от сияния города, бившего прямо в их натруженные глаза. Наконец, устав от непримиримой борьбы с контрой и иссушающей пролетарской жажды, они решили, что классовая ненависть вполне может подождать до утра. Переодевшись в шмугляров, они пересекли кордон, заметая свои следы как лисы хвостом, и отправились в Раков — просто попить хорошего, холодного капиталистического пива.
Как и в прошлые разы, операция «Хмельной фокстрот» прошла безупречно. Однако на обратном пути, где-то в сырых дебрях нейтральной полосы, отяжелевшие от пива и вдобавок раздобревшие душой, чекисты наткнулись на одинокую свинью. По их последующим клятвенным заверениям, свинья смотрела на них с глубокой классовой тоской в глазах. Оставлять животное страдать от эксплуатации панов и потенциально сдохнуть с голоду в загнивающем капитализме было идеологически неверно. На месте было принято стратегическое решение: тайно перегнать свинью в Страну Советов и приобщить к строительству светлого будущего.
Проблема заключалась в том, что свинья не была политически подкована и категорически отказывалась соблюдать светомаскировку и тишину. Её истошный визг, больше похожий на сирену, поднял по тревоге польскую дефензиву. Окружённые со всех сторон пограничниками, чекисты бросились наутёк, но запутались в колючей проволоке, натянутой их товарищами. Их поймали с поличным и чуть было не расстреляли прямо в лесу, при попытке к бегству, отягчённой незаконным перемещением бекона.
Грандиозный международный скандал назревал как подкожный панариций. Официальный Минск открестился бы от них мгновенно, поэтому пришлось задействовать глубоко законспирированные теневые каналы. Спасать непутёвых любителей пива пришлось через легендарную Автономную внереестровую ветеринарную лабораторию — тот самый секретный НИИ Пэпэжэ (Институт Побочных Продуктов Животноводства), которым виртуозно руководил старший из братьев Волосатых, Акимыч. Только Пэпэжэ, обладая абсолютной автономией от всех официальных реестров и имея невероятные рычаги влияния, смогло провернуть тайную дипломатическую комбинацию.
В итоге, после сложных переговоров, поляки чекистов вернули. А вот бесхозную свинью (после получения заявления об угоне), передали потерпевшему пану Заблоцкому.